Мужа Ирина любила самозабвенно. Еще до свадьбы она знала, что Сергей не прочь выпить с друзьями. Знала, что мог затеять драку на пустом месте. Знала и то, что был он, как в народе говорится «ходок». Ни одной юбки не пропускал. Все это она знала еще до свадьбы, но думала, что вот женится он, почувствует домашний уют, как она его любит и остепенится.   Но остепеняться Сергей не торопился. Как и жениться.

Узнав, что Ирина беременна и избавляться от ребенка не собирается, он ей сразу сказал, чтобы больше, чем на материальную помощь она не рассчитывала. Помогать будет, раз уж связался с дурой, но штамп в паспорте… Нет, уж! Это не для него.

Ирина тогда долго плакала в подушку. Она мечтала о тихой семейной жизни. О том, как он будет играть с детишками, водить их в парк на прогулку, а она окружит их всех заботой и пониманием. Все ее планы и мечты рушились.  Любимый мужчина,  отец ее будущего ребенка, мечтал совсем о другом. Тогда-то и возникла у нее впервые мысль о привороте. Но пока она думала, да размышляла, да искала подходящую бабку, судьба распорядилась иначе.

Поженились они поспешно и совсем не так, как ей мечталось. Не было ни гостей, ни свадебного стола, ни белого платья, ни даже обмена кольцами. Да что там говорить! Ирина знала, что он так и не женился бы, если бы не необходимость. Необходимость была вызвана вовсе не скорым рождением ребенка, а возможностью избежать тюремного заключения. Подвыпив, Сергей, вместе с друзьями, ограбил на улице прохожего, отняв у него кошелек с какой-то мелочью. Пострадавший оказался в больнице с телесными повреждениями, а Сергею грозило три года лишения свободы. Смягчающих обстоятельств не было.

Вот тут адвокат и посоветовал ему попросить Ирину предъявить справку о беременности и дать показания, что кроме Сергея позаботиться о ней и ребенке некому и жить не на что. От суда это, конечно, не спасет, но тюремное заключение может быть заменено принудительными работами. Ирина, хотя и мечтала не о такой свадьбе, была рада помочь любимому и они наспех расписались, так что приворот делать не пришлось.  Сергея направили на работу на завод в другом городе, и Ирина поехала с ним.

Завод, на который направили Сергея, предоставил им комнату в общежитии для отбывающих срок наказания и, зажив тихой семейной жизнью под присмотром коменданта, Ирина была даже счастлива. Почти три года у Сергея была только одна дорога: дом — работа, работа — дом. К тому времени и дочка уже подросла. Ирина нарадоваться не могла, видя, как Сергей любит ребенка, с каким удовольствием гуляет с ней во дворе, учит строить башни из песка и мечтает о том, как поведет ее в школу. Но все хорошее, если это можно было назвать хорошим, когда-то кончается.  Закончился и срок наказания.

Ирина хотела было вернуться в родной город, но Сергей сказал, что решил остаться работать на заводе, поскольку получил здесь неплохую специальность и, как вольно наемный, будет получать хорошую зарплату. Кроме того, завод обещает предоставить семейное общежитие, а вернувшись им придется ходить с ребенком по частным квартирам.

Ирина, как всегда согласилась, и они стали ждать, когда освободится квартира в семейном общежитии. У Сергея теперь был вольный режим. Он не обязан был отчитываться о своих перемещениях, не обязан был приходить в общежитие вовремя. Вспомнились старые привычки вольной жизни. Ирина начала замечать, что все чаще он стал приходить домой навеселе.

На ее упреки отвечал, что имеет права выпить пива с друзьями, а она к нему просто придирается.  И, вообще, если ей что-то не нравится, то он ей не навязывается, удерживать ее не будет, и она в любой момент может взять развод. А тут еще маленькая Леночка открыла ей глаза на то, что сама Ирина, занятая заботами о муже и ребенке, не замечала.  Собираясь с папой на прогулку, она громко, с детской непосредственностью, спросила: » Папа, а мы сегодня опять к тете Тане пойдем? Она уже купила для меня конфеты?»

Увидев широко открытые, застывшие в ожидании глаза Ирины, Сергей быстро сказал, что заходил к ней всего один раз.  Просто  Татьяна попросила его прибить вешалку в коридоре. Мужика-то у нее нет, так что помочь некому, вот он ее и пожалел. Но Ирина поняла, что дело было совсем не в вешалке.

Татьяна имела дурную репутацию. Не раз и не два чья-нибудь разъяренная жена била ей окна или пыталась поставить синяк под изящно подведенный глаз. Но с той все как с гуся вода. На бабьи упреки она советовала лучше следить за своими мужиками, чтобы они не бегали, а она свободная женщина и оправдываться ни перед кем не собирается.

Ирина забеспокоилась.  Яркая, боевая Татьяна, подумалось ей, гораздо больше подходит Сергею, чем она, тихая домашняя Ирина.  Ее тихое семейное счастье оказалось под угрозой. Надо было срочно что-то предпринять. Неизвестно, кто присоветовал ей обратиться к бабке Дарье, слывущей специалисткой по любовным делам, но факт остается фактом. Ирина решилась сделать на мужа приворот. «Дело-то благое», — думала она:  «Я же своего мужа привораживаю, не чужого. Так что греха здесь нет. Я хочу семью сохранить, отца ребенку. Сергей мне еще благодарен будет, что я его от этой … спасаю».

Подумала и отнесла бабке все, что отложила на новую мебель, ожидая получения нового жилья. Приворот был сделан. С тех пор Сергея словно подменили.  К Татьяне ходить он перестал, но и к Ирине стал, как чужой. Все чаще засиживался с мужиками во дворе за домино. Домой приходил пьяный, вечно чем-то недовольный, и засыпал, иной раз, прямо на полу. Прошло совсем не много времени и Ирина поняла, что живет она как вдова при живом муже.

Она не раз уже пожалела, что решилась на приворот. Муж после приворота потерял всякий интерес не только к ней, но и к дочке, которую очень любил. Он перестал ходить с ней гулять, не читал на ночь сказки, а когда она капризничала, откровенно раздражался.  Все чаще Ирина стала замечать его пустой взгляд, как бы в никуда. На ее вопросы, что его гложет, отвечал, что надоела ему такая жизнь. Никакого интереса. И она, Ирина тоже ему надоела.

Все чаще их разговоры перерастали в очередной скандал и Сергей даже стал поднимать на нее руку.  Однажды, на ее упрек, что в доме нет мужика и она тянет все одна, ударил ее так, что она две недели, выходя на кухню, ловила на себе сочувственные взгляды соседок.  С каждым днем он становился все агрессивнее и она стала его просто бояться.

Страх и любовь — вещи несовместимые. Жертва может быть привязана к своему палачу страхом одиночества, страхом осуждения, чувством вины, ненавистью к себе, но не любовью. Любовь уходит как только в душе поселяется страх.  Так и любовь Ирины постепенно исчезла и сменилась сначала недоумением, страхом, а потом и ненавистью к человеку, которого она так любила.

Теперь уже она сама хотела развода, но вечно пьяный Сергей то грозился убить, то просил прощенья, а потом снова бил ее на глазах у испуганного ребенка.  Веселая и общительная девочка стала тихой, запуганной и все чаще спрашивала маму: «А папа опять придет домой пьяный?».

Ирина и сама уже ждала возвращения мужа домой со страхом.  Она просила его уйти или позволить ей уехать домой, но приворот, видимо, работал.  Он говорил, что не может без нее жить, просил прощения и снова бил.  У каждого терпения есть предел.

Однажды Ирина стояла на кухне и шинковала большим ножом капусту для засолки на зиму.  В голове крутились совсем не радостные мысли. Сегодня ровно пять лет, как они расписались, но ничему, о чем она мечтала, не суждено было осуществиться. Да, Сергей рядом с ней, но разве о такой жизни она мечтала? Разве этого опустившегося пьяницу она любила? Нет, он только портит жизнь ей и ребенку. Это из-за него у Леночки плохая память и она просыпается и кричит по ночам, это из-за него…

Она так ушла в свои мысли, вспоминая все его грехи, что не заметила, как сзади пошел Сергей и  тронул ее за плечо. От неожиданности и постоянного страха она резко повернулась и, забыв, что держит в руке нож, с ненавистью ударила его.  Она помнит, его трезвый недоуменный взгляд, букет цветов, выпавший у него из рук, крики соседок по кухне, врача скорой помощи, милицию, но все, как в тумане.

Сергея увезли в больницу. У него было проникающее ранение в печень, но его удалось спасти. На Ирину завели уголовное дело по покушению на убийство. Четырехлетнюю Леночку временно взяли соседи.

Сергей, придя в себя после операции, попросил закрыть уголовное дело против жены, мотивируя это тем, что она просто поскользнулась на кухонном полу и случайно ударила его ножом, пытаясь удержаться.

Уголовное дело закрыли.  Ирине пришлось долго ходить к мужу в больницу и лечить дочку от последствий пережитого стресса. Выйдя из больницы Сергей перестал пить и снова стал гулять с дочкой и даже водить ее в художественную школу. Возможно, во время операции или в результате перенесенного шока он освободился от чужой энергетики приворота, а оказавшись в объятиях смерти, он и на свою жизнь посмотрел совсем другим взглядом.

Ирина долго страдала от чувства вины. Особенно ее мучило то, что она ударила его ножом как раз в тот момент, когда он, вроде бы одумался, и пришел домой пораньше, чтобы поздравить ее с пятилетием их совместной жизни. Она-то была уверена, что он об этом даже не вспомнит.

В этой семье, совершенно случайно, все закончилось, более-менее, благополучно.  Но ведь у этой истории мог быть совсем другой конец.